Сегодня России предъявляют многочисленные обвинения в том, что она вывезла чуть ли не все ценности из побежденной Германии. На фоне этих упреков статья фон Эккарда Клейсмана, опубликованная в конце 1993 года в немецком журнале «Арт», звучит несколько необычно. Серьезно занимающийся судьбой культурных ценностей немецкий журналист делает сенсационные открытия.

Предлагаем сокращенный перевод статьи.

Альт-Аусзее, 5 мая 1945 г. Приграничное местечко было разбужено взрывами страшной силы, которые непрерывно следовали один за другим со стороны Зальцбурга, где расположены шахты. В старых штольнях находились 6577 картин Старых Мастеров, около 1000 графических произведений, 137 скульптур (среди них – «Мадонна Брюгге» Микеланджело), почти 2000 ящиков с книгами. Туда же были свезены немцами ценная мебель, гобелены, ковровые изделия…Эти уникальные сокровища, награбленные нацистами по всей Европе, должны были стать собственностью Музея европейского искусства в Линце, задуманного Гитлером.

Перед концом войны Адольф Гитлер отдал приказ – оставлять после себя «выжженную землю». Однако он был против уничтожения произведений искусства. Тем не менее гауляйтер Август Айгрубер приказал принести в штольни Альт-Аусзее 8 разрывных бомб по 500 кг каждая. Взорвать он их не успел. Его опередил Эрнст Кальтенбруннер, шеф Главного имперского ведомства безопасности. Он отдал приказ взорвать входы в штольни. Так сокровища оказались замурованными в горе. А три дня спустя американские войска заняли этот район.

Наряду с шахтами Альт-Аусзее (одним из крупнейших «складов» ценностей) нацисты обустроили еще около 1700 подобных тайников. Очевидно, предвидя предстоящий раздел Германии на зоны, немецкие власти на местах поспешили в последние недели войны перебросить 80 процентов сокровищ в гористые местности, впоследствии занятые американцами.

Списки претензий, подписанные маршалом Жуковым (по запросу Стали в ходе Потсдамской конференции), указывают на места расположения хранилищ ценностей. Среди них названы и соляные копи Бернтероде в Харце. По некоторым сведениям, американцы изъяли оттуда 250 полотен, 48 гобеленов и шпалер, три ящика с сокровищами прусской короны. О большей же части американских трофеев, как и о местах их изъятия, сведений нет.

В составе армии США на территории Германии работали около 150 офицеров, уполномоченных по вопросам культуры, а также историки искусства, директора музеев, архитекторы… Они должны были руководить осмотром и разбором банковских сейфов, расчисткой завалов во дворцах, в монастырях и бомбоубежищах, разминированием шахт и т.д. В Магдебурге, Висбадене и Мюнхене были созданы специальные «коллекшн-пойнтс» – центры по сбору художественных ценностей, где эксперты регистрировали найденные произведения искусства, по необходимости реставрировали их, упаковывали и либо возвращали владельцам, либо отправляли за океан.

Вначале правительство США говорило о возможности получения шедевров искусства из германских собраний в качестве репараций. Позднее официальный Вашингтон изменил тактику. Важнее было сделать немцев своими союзниками. И в ознаменование нового союза в марте 1948 года 202 картины из Национальной Галереи Вашингтона вернулись в Германию.

Большая часть сокровищ искусства была отправлена в США. И шансы на их возврат малы. Так, покидая в конце июня 1945 года Тюрингию, базирующиеся здесь военнослужащие армии США тащили все, что попадалось под руку. Таким образом, американцы обманули русских в вопросе участия в решении вопроса о так называемых «германских трофеях». До сих пор тысячи произведений нелегально находятся в США.

С 1987 года Сол Чэнельз (юрист по уголовному праву, скончавшийся четыре года назад) не раз публиковал в журнале «Арт и антики мэгэзин» некоторые интересные выводы. А именно: высокопоставленные американские офицеры и агенты тайной службы (достаточно высокого ранга) вывезли большую часть трофейных произведений искусства из музея Гитлера в Линце. По данным юриста, «менее одного процента разграбленного нацистами и после них было возвращено законным владельцам».

Его поиски помогли обнаружить некоторые из «пропавших» произведений искусства, ранее висевших в домах знаменитых европейских коллекционеров: картина Рембрандта в Сан-Франциско; полотно Поля Сезанна в Вашингтоне; по одному полотну Адриена Брувера, Эжена Делакруа и Густава Курбе в Нью-Йорке. Есть также данные, что числившиеся за тюрингским заводом по калибровке изделий картины из фондов берлинских музеев и наличные деньги на сотни миллионов марок были изъяты союзниками. В день перехода Мюнхена и тамошних владений фюрера под власть союзных армий пропали 170 картин Старых нидерландцев из собрания дворца во Французских Альпах. Другой случай: некий американский генерал вывез в США из фондов Берлинских музеев восточные ковры на сумму более 1 млн. долларов. В актах же военной администрации отсутствовала именно та страница, где перечислялись те самые восточные ковры…

Контрольная комиссия, в функции которой входила охрана художественных ценностей, на самом деле лишь способствовала их грабежу. Так, 3 февраля 1944 года была документально закреплена минимальная квота оценки в 5000 долларов. То есть работы Старых Мастеров причислялись к шедеврам лишь в том случае, если произведение оценивалось выше этой суммы. Не секрет, что западные коллекционеры ставили цену произвольно, назначая ее, естественно, ниже 5000 долларов.

Как и многие другие, музей Кайзера Фридриха в Магдебурге хотел удержать уровень страховок и премиальных за годы войны на сколь возможно низком уровне. Так, акварель Людвига Рихтера «На лугу» была застрахована всего на 200 рейхсмарок, а картины Лукаса Кранаха «Апостол Павел» и «Святой Себастьян» – на 1200 рейхсмарок каждая.

Как утверждает Сол Чэнельз, американские офицеры были причастны также к подделкам и похищению страховок и других сопроводительных бумаг на художественные ценности из немецких музеев, предназначенных на вывоз из Германии в качестве военных трофеев и прошедших оценку по минимальной стоимости. Таким образом, вывоз шел вполне легально. Шедевры увозились под видом произведений искусства, не представляющих особой ценности. За подобные услуги коллекционеры платили очень дорого: документы оформлялись на третье лицо, которое в награду получало один из шедевров.

Кстати, выводы юриста Сола Чэнельза подтвердил банкир и историк Кеннет Д. Олфорд из Ричмонда (штат Вирджиния), В США эти разоблачения вызвали страшное возмущение. Хотя так и не были опровергнуты.
Парижский договор 1954 года «По урегулированию вопросов, возникших из состояния войны и оккупации», юридически подтвердил правомерность нахождения в США художественных ценностей трофейного происхождения. Немцы также подписали договор (глава 6, статья 3 «о репатриациях») – не только пункт об отказе от претензий на трофейные виды собственности, включая художественные ценности, о и пункт об отказе от денежной компенсации за эти ценности.

Получалось,что немецкое правительство после погрузки вывозимых из Германии художественных ценностей на суда и самолеты должно было попросту списать их как утраченные. И до сих пор Германия даже не пыталась выдвигать протесты, не зондировала возможность пересмотра договора 1954 года. То обстоятельство, что в 1945 году из большинства тайников были изъяты инвентаризационные документы, сильно затрудняет переговоры о возвращении и компенсации. Так, до сих пор никто не смог подтвердить, что де-факто существовали тысячи ящиков с произведениями искусства. Попытка восстановить эти описи еще только предпринимается. До сих пор, например, из-за более чем 40-летнего раздела Германии, не была проведена полная инвентаризация музеев Берлина. Отсутствуют также погрузочно-разгрузочные документы.

Более двадцати лет главный хранитель Берлинского музея доисторического и раннеисторического времени Клаус Гольдманн выявляет случаи грабежа художественных ценностей. Он считает, что и на немецкой земле остались тайники. Их поиск и последующую систематизацию найденного главный хранитель музея предлагает предоставить частным фирмам, а также частным лицам – за приличное вознаграждение.

Многие следы ведут в форт Нокс (США), который искатели сокровищ считают местом нахождения золота и предметов искусства. Это вполне вероятно: еще в 1978 году президент Джимми Картер получил оттуда венгерскую корону короля Штефана и передал ее венгерскому правительству.

Установить, что же именно происходило в Германии после войны, мешает многое. Например, пожары, особенно частые в конце войны, скрыли следы предшествующих грабежей. Такие пожары месяцами наблюдались в районе шахт Зальцбурга – Райнсбаха – Хаймбольдсхаузена. Уже после того, как эти места были заняты войсками союзников. Там были размещены ценные собрания Государственной библиотеки Пруссии. Сохранившиеся акты свидетельствуют о том, что из хранилища регулярно изымался картографический материал. Правда, эти акты – лишь кусочки головоломки: ведь сами инвентарные книги отсутствуют.

А вот пожар в районе Арсенала на Фридрихсхайне (Берлин) не принес особого вреда. Хотя до сих пор считалось, что в мае 1945 года именно там сгорели свыше тысячи картин Старых Мастеров. Еще до пожара шедевры были вывезены из артиллерийских подвалов башни.

Надо отметить, что чаще всего в этой статье речь все-таки идет лишь о предположениях.


Автор:  Елена Скворцова
Дата публикации:  1994-07-08 16:49:09
Источник:  «Рабочая трибуна»

Возврат к списку


© 2006—2018 Разработка и поддержка: ГИВЦ Минкультуры России